Экскурсия
1 марта, 2017 в 14:00 мск. Запостил:SepulСлучилось это уже в феврале 1989 года. При лейтенантском звании в должности главнокомандующего взводом специальной обработки отдельного батальона дегазации и дезактивации, уж хрен его знает из каких вышестоящих умозаключений я был временно пожалован должностью командира учебного взвода, собственно, в роте молодого пополнения, которое поступало в нашу эпическую часть.
Это то самое пополнение, в котором основной контингент составляют призывники из таких окраин нашей тогда ещё необъятной Родины, о которых в те молодые годы я и представления не имел. Таджики, туркмены, узбеки, турки-месхетинцы и прочие бабаи полноводной рекой вливались в наш легион.
В тот день я был ответственным, что означало — круглосуточной нянькой за 150 детишками с большими пиписьками, служба начиналась в 6 утра — с подъема личного состава, и заканчивалась также в 6 утра уже следующего дня. С бабаями историй много было, но они не смешные — кто накурится и внутривидовые разборки начнет, кто пойдет земляков ночью искать, кто хамил не по детски, в общем, несмешной цирк был.
Итак, прибыв на побудку, попрощавшись за доблестно отстоявшим свою смену товарищем по несчастью, принял я вахту на второй палубе нашего огромного сухопутного корабля системы «казарма». С прикрепленными сержантами построил и вывел личный состав на зарядку, вместе с ними пробежался, поскольку при разнице с подчиненными в физической подготовленности особого труда это не составляло, ну и так далее по плану — уборка расположения, проверка внешнего вида, завтрак, и, наконец, развод на занятия.
В это время от дежурного по части объявляется вводная — в с связи со снегопадом личному составу уделить время уборке территории от выпавшего снега, поэтому оделись мои бабаи, получили инвентарь, ждут команды на выход.
В это время в казарму этак прогулочным шагом заваливает очередная партия пополнения человек так 50, как было тогда принято — при гражданке, и без малейших понятий о порядке. Поскольку у меня и так от утреннего общения с полутора сотнями молодых хреново говорящих по русски воинов имелась некоторая моральная усталость — прибытие ещё полусотни шалопаев, хоть и славянской внешности, оптимизма не добавило. Ещё и по казарме начали разбредаться. В связи с чем вновь прибывший личный состав при содействии сержантского состава был построен, обучен не раскрывать рты в строю и кратко проинструктирован о привычном порядке приемки — выдвигаемся на вещевой склад, в парикмахерскую, баню, после чего строимся в расположении для сдачи документов и инструктажа.
И не успел я завершить процедуру командой «нале-во, на выход не в ногу шагом марш» — как наше расположение соизволила посетить целая делегация во главе с замполитом части. Ну, что делать — равняйсь-отставить, подбородки выше, головы поворачиваем, снова равняйсь, смирно! Равнение на середину! Товарищ подполковник… На что подполковник отвечает мне вааще не по уставу — «Паррручччиккк!!! Вы что, охуели?». Не понялбля, что опять не так то? Строй стоит ровно, даже необмундированный молодняк проникся и вполне похож на воинов, готовых хоть через час присягу принимать — чо хотели то, вашбродь? Тут на авансцену из состава прибывшей с замполито делегации вышел серьезный такой дядя с полковничьими погонами, и, не представившись, с выражениями искреннего возмущения начал мне выговаривать — «Ты что, блядь, делаешь, ты охуел, что ли?» Нда, при двухстах подчиненных такое терпеть даже лейтенанту заподло. И вот, преисполнившись терпения, чтоб не сказать невзначай что-нибудь неподходящее этой суке в кителе, подобно Фандорину из известного сериала, глядя в неподдельно возмущенные моим поведением глаза я подлил, так сказать, бензинчику, в костерок разгорающегося на непонятной мне почве конфликта — «Во-первых, товарищ полковник, будьте любезны обращаться ко мне перед строем на «ВЫ», во-вторых — представьтесь, в в третьих — потрудитесь объяснить причину Вашего мной недовольства». При этом, как говорят очевидцы этого разговора, вид у меня отчего-то был такой, как будто вместо фразы я намеревался залепить полкану двоечку с добивкой ногой.
В общем, место отпрыгнувшего от меня, как позже выяснилось, местного военкома, занял замполит, который уже без лишних эпитетов пояснил, что вообще-то стоявшие в строю прибывшие молодые люди, одетые в гражданку, это не призывники. Ну, то есть — призывники, только с 10-х классов местных школ, которые изъявили желание сходить на экскурсию в местную часть. Ну вот те на, блин, что за бардак в штабе — ни предупредили, ни проинструктировали, ещё и нахамили.
Поэтому, в расстроенных чувствах, повернулся я к строю, и скомандовал, коли так уж вышло — «Нале-во, на улицу бегом марш!» Как они ломанулись!
Остались мы в казарме, с делегацией из завучей с военкомом, познакомились, расстались в теплых чувствах — цель занятия, я считаю, была достигнута — хотели показать — ну вот, слегка и показали. Протелились бы чуток — я бы их и переодеть успел, и прически бы в порядок бы привел, и в баньку сводил. А то! Думаю даже, что было бы не лишне.
Потом эту историю мне не раз пересказывали в самых разных вариантах, вплоть до того, что экскурсия территорию поубирать успела, да в столовую сходить, но это уже выдумки всё. Как было на самом деле я вам, уважаемые читатели, от первого лица рассказал.
© Виктор Джонг