Усатая история

оловое созревание никак не желало ощетиниваться. Нет, Русик, главный герой этой странной истории, испытывал все полагающиеся в таком деликатном состоянии симптомы, как то гормональные бури, всплески и прочие бессонницы, но вот усы не росли. А Руслан бы многое за них отдал.
Вы спросите почему? Одноклассники, у которых над верхней губой уже начинал пробиваться пока еще реденький, но уже заметный пушок – не такой, какой бывает у девушек, а более контрастный – косились на него сначала с непониманием, мол, мужик, где твои усы? Затем непонимание переросло в недоверие. Так в стае косятся на волка вегетарианца, к тому же альбиноса. Со временем недоверие переродилось в откровенное презрение.
Вполне возможно, что многим было наплевать на усы вообще, и нежизнеспособные метафоры в частности: у десятиклассников есть проблемы поважней, поинтересней и попикантней. С этим любой согласится. Но Руслану казалось, и жизнь находила этому подтверждения, что все дело именно в усах. Вернее в их отсутствии.

«Усы, — довольно таки путано думал наш герой, — это тот своеобразный идентификатор, который автоматически зачисляет тебя в полноправные члены мужского братства. Конечно, сознательно никто не обращает на усы никакого внимания, но мозг очень четко фиксирует наличие или отсутствие усов. Мужчина может и сам не понимать, почему ему так не симпатичен вот этот человек. Вроде ж нормальный парень, веселый, неглупый, ан нет… Что-то в нем такое есть… Вернее нет. Чего-то в нем нет. Какой-то он не такой. А раз не такой, значит…»

Руслан помнил, когда впервые заметил, что вокруг его персоны начинает образовываться усатый вакуум. Он и раньше кое-что подозревал, но… В общем, это было в конце девятого класса. Многие пацаны тогда уходили в технарь, и по этому поводу планировалась обширная, всей параллелью, гулянка на даче у кого-то из старшеклассников. По причинам личного характера, о которых будет чуть ниже, нашему герою ой как хотелось попасть на это мероприятие. Но, когда он, как и договаривались, приехал к восьми на автовокзал, оказалось что автобус пять минут как ушел. Автобус был своим, заранее заказанным, поэтому и ходил когда заблагорассудится. На стене же вокзала, рядом с платформой номер три, местом несостоявшейся встречи, красовалась почерканная надпись «Трус не играет. Окей?». Руся сопоставил эти факты и все понял: во всем были виноваты, конечно же, усы, которые так явно топорщились из слова «трус».
Чего у ж там, парня это очень задело, но не остановило. Подумаешь, не захотели брать его с собой! И тогда он решил закурить. Собираясь таким нехитрым образом подать сигнал в бескрайний, подростковый космос. Сигнал простой и внятный: «Эй, посмотрите на меня! Я свой! Я такой же как вы! И усы здесь не причем!»
Но и тут ничего не вышло. Когда он забрел в бойлерную посреди урока, чтобы потренироваться в курении – он помнил по фильмам, как новички выдают себя надсадным кашлем, то наткнулся на учителя правоведения, тщательно выцеловывающего учительницу химии. За что тут же авансом получил пять по химии, пять по правоведению и предупреждение, что если кто-то узнает об увиденном, ему просто поломают ноги. Закончив с авансом, правовед отцепил от Русиной отвисшей губы, украденный накануне у отца «Camel», и брезгливо бросил его в урну и добавил, что «Усы у тебя еще не выросли курить». Химичка стояла у него за спиной и ковыряла туфелькой пол.
Кстати, об отце. Это была еще одна причина, по которой нашему герою не совсем хотелось жить. У отца были не просто усы – у отца была настоящая борода! Окладистая, черная как вороново крыло, мягкая. Всем своим видом она как бы намекала на несостоятельность и неприспособленность Руслана к этой жизни. И вообще, такое ощущение, что отцу волосяной покров достался с запасом. Парень даже подозревал, что если у него когда то и родится сын, то благодаря отцу, он тоже будет безусым и безбородым…
Но вернемся к нашей истории. Так получилось, что эта вылазка в конце девятого класса стала знаковой – все те, кому удалось на ней поприсутствовать, стали дружней, сплоченней и обособленней. Наш герой в число этих людей не попал, но по большому счету, Руслану было на это плевать, если бы среди этой компании не оказалась та самая личная причина, из-за которой он и… Ну, вы поняли.
В общем, причину звали Алина, она училась в параллельном «Г» классе и именно с ней связанно одно из самых сильных потрясений в безусой жизни одиннадцатиклассника.
Все было до боли обыкновенно. Дискотека. Вино. Медляк. Она. Косые взгляды ее компании. Месяцами аккумулированная смелость. Как в омут головой. Неловкий танец. Она тоже пила. Стекающие по ребрам капельки волнительного пота. Ломанный разговор. Вернее попытки его завязать. И, наконец, поцелуй, закончившийся…
— Ты не шершавый, — вдруг довольно протянула Алина и отступила на шаг.
Руслан вмиг отрезвел, зло зыркнул на нее, густо покраснел и, прошипев «Да пошла ты», выскочил из переоборудованного на вечер спортзала. В голове пульсировала мысль о том, что он никогда не сможет целоваться.
Историю о том, как после этого случая Руслан заказал на некоем интеренет сайте специальную гормональную мазь, которая «Заставит расти усы даже на ладони», мы из этических соображений опустим. Скажем лишь, что за те две недели, которые Руся просидел дома с ожогом верхней губы, он твердо решил, что на выпускной не пойдет.
Но пошел. Перевесил аргумент: «А вот вам …уй!»
Выпускной был убог, лицемерен, откровенно натянут и искусственен. Все это усугублялось в несколько раз тем, что проходил он в школе. Отбыв так называемую торжественную часть, Руслан сбегал в ближайший магазин, купил бутылку «Мартини», и выдул ее на школьных ступеньках. Но бутылки «Мартини» оказалось мало, и взял он взял еще вина. Зря.
Час спустя, абсолютно пьяный Руслан присел рядом с извечным школьным вахтером Сёмычем, стянул через плечо ленту с надписью «Выпускник 2008» и, скомкав, бросил ее в угол.
— Я понимаю, — начал он, — что меня в этом мире ждали и к моему приходу готовились.
Вахтер кивнул, Руся продолжил:
— А как иначе объяснить все эти книги, все эти фильмы, всю эту живопись и памятник Ленина в порту, все эти короткие юбки и вкусную еду? А? Зачем все это?
Сёмыч пожал плечами.
— Ответ очевиден. В существовании всего этого есть только один исправно работающий смысл – это я! И теперь мне должно быть стыдно! Потому что мир готовился, а мне на это все насрать! Я — хреновый гость. Неблагодарный! Но ведь я не просил всего этого! А то, что мне действительно надо, этот мир почему-то отказывается мне дать! Где справедливость?
Сёмыч опять пожал плечами.
— Вы понимаете, — Руся решил окончательно заголить душу перед ночным сторожем общеобразовательной сколы № 47, — Я б любой шедевр импрессионизма, да что там импрессионизм, я б Мону Лизу променял на обыкновенные усы!
Сторож покачал головой, а наш герой зашелся пьяными, но такими искренними слезами. Как потом смутно вспоминал парень, до подъезда его довел именно Сёмыч. А может быть и нет.

Дверь Руслану открыл какой-то малознакомый, заспанный мужик в семейных трусах. Сонно щурясь, мужик посторонился, пропуская парня в квартиру. Пьяно покачиваясь, Руслан прошел в коридор, не спуская подозрительного взгляда с мужика. Первая мысль была… Но нет… Обстановка коридора говорила о том, Руся не ошибся домом, этажом и подъездом, он пришел к себе домой. Теперь вопрос – что у него дома делает этот смутно знакомый мужик? В голове пронеслось что-то типа вор, мамин хахаль, родственник какой-то…
— Ты кто, — Руслан сел на пол и икнул.
Мужик как-то недоуменно взглянул на Руслана:
— Ру, ты что, напился чтоль?
— Я то напился – глядя на мужика снизу вверх, Руслан кивнул, — но вот кто ты такой?
Мужик сначала как-то знакомо нахмурился, но потом вдруг поджал губы, словно что-то понял, устало улыбнулся, вздохнул и ушел в комнату. Через минуту он вышел, держа в руке какой-то темный, непонятный комок.
— Давно пора было тебе рассказать… Ты ведь уже такой взрослый… — с этими словами мужик отвернулся от Руслана и завозился перед зеркалом. Комком в руке оказалась пышная, черная борода. Через минуту перед нашем героем стоял его отец.

Руслан проснулся с жутким криком. На лбу выступили капельки липкого пота. В голове шумело толи от странного кошмара, толи от выпитого вчера на выпускном.
Парень потянулся, вылез из-под одеяла и подошел к окну. В голове трепыхались какие-то мысли. Что-то типа начала новой жизни, каких-то неясных перспектив, конца надоевшей школы, и огромного количества новых встреч и знакомств с людьми, которым, а вдруг!, будет наплевать есть ли у тебя усы или нет.
Руслан довольно зевнул и побрел в туалет, но вдруг заметил на тумбочке у кровати стакан воды и блюдце. Он взял стакан, жадно отхлебнул, мысленно поблагодарив заботливых родителей, и уставился на блюдце. Несколько секунд он не мог догадаться, что именно в нем лежит. А когда понял, опустился на край кровати и заплакал. На блюдце лежал небольшой тюбик с косой надписью «Овация» и узенькая, полупрозрачная щеточка коротеньких усиков…

//Хуеплёт