//Samael

Смотрите, молодой человек, на рабочем месте не пить, у нас все-таки детский сад!
Директор Зоя Ивановна метала в меня свирепые взгляды. Да и было за что. Недельная небритость, засаленные волосы и гнилые зубы — как отличишь погруженного в себя интеллектуала от обычного запойного пьяницы? Да и чем они собственно различаются?
Сутки — трое в газовой котельной — именно то, что нужно, чтобы, имитируя тяжкий труд, укрыться от семьи и посвятить себя искусству.
Обложенный небесно-голубой, кирпичиком, плиткой купеческий особнячок в стиле модерн, в котором располагалось муниципальное дошкольное учреждение, обещал столь необходимые мне для окончания книги тишину, покой и здоровую ауру. Уединенный, теплый и сухой подвал, арочные своды и уютно гудящие котлы. Мечта творца.
Детсад был круглосуточным. В ночь, кроме дежурной нянечки, оставались один-два ребенка, да и то не всегда.
— Боятся детки спать без родителей, говорят, бабай к ним приходит, — пояснила директорша. Read the rest of this entry »

«Замуж, девки, надо в жизни успеть три раза выскочить, это я вам с высоты своего опытного положения ответственно заявляю!»

Мы с подругой сидим и смотрим, раскрыв рты, на ответственно заявляющую. Тетка…, да что там, не тетка – Дама, с большой буквы «Д», украшенной дорогостоящими виньетками, роняет слова размеренно, складывает их в ожерелье красивой женской жизни. Которая, кстати сказать, нам, двум пощипанным тридцатилеткам, уже, похоже, не светит. Мы всё, абсолютно всё уже сделали неправильно! И чем дальше вещает наша статная собеседница лет пятидесяти, тем более очевидна вопиющая неправильность наших с подругой недосудеб.

«Первый брак – дурь студенческая. Выскакиваешь за однокурсника в состоянии аффекта, и вся прямо плавишься от того, что этот тонкошеий Вовчик теперь твой законный супруг, и документ даже имеется что ты не просто, а жена! Свадьба должна быть улетной, чтоб весь курс тошнило под соседской дверью, чтоб в двухкомнатной хрущевке его родителей не осталось целого предмета обихода, чтоб в совместном санузле на час заперлись свидетель со свидетельницей, на зло желающим пописать или, там, руки помыть гостям. А до этого чтоб — в ЗАГС на убитой девятке с куклой на бампере, чтоб подружки рыдали, кто от чувств, кто от зависти, чтоб шампанское дешевое из пластиковых стаканчиков и фотографии на память, снятые на мыльницу безрукими нетрезвыми друзьями. Ну а до ЗАГСа – полгода «серьезных отношений», с драмой выходного дня, пока родители на даче. Read the rest of this entry »

//Эдуард Пропахший