Коридор больницы.
— Доктор! Как там мой муж! ?
— Операция прошла успешно, но он еще полежит в операционной, потом его переведем в реанимацию и через две недели в палату для тяжелых больных. Вам самой придется за ним поухаживать около месяца, утку унести-принести, покормить его и все такое.
Жена начинает впадать в истерику, а доктор продолжает: — Ну а потом мы вас определим в хороший санаторий, но я должен честно заявить, все это вам выльется в копеечку. Санаторное лечение сейчас очень дорого стоит.
Ну а потом — заберете его домой, но ходить он уже не сможет, да и вообще двигаться.
Доведя женщину до предобморочного состояния, доктор с улыбкой восклицает, похлопывая ее по плечу:
— Да успокойтесь же! С первым апреля!!! Умер он, умер!

Проснувшись, как всегда, рано Зинаида Ивановна некоторое время лежала без движения. Старушке показалось со сна, что нужно срочно доить Зорьку: «Вот же дура — проспала!» Только через какое-то время пришло осознание, что ни Зорьки, ни пастуха Завьяла, ни пьющих соседей давно нет в живых, а на всей деревне только она, да старая кикимора Агафья в другом конце единственной улицы. Хотелось ись. В чугунке была картошка и можно было с аппетитом пошамать ее, предварительно размяв вилкой – зубов от мало совсем. Если не поись, снова живот будет болеть. Денег осталось шестьдесят рублей, так что о молоке и крупе можно забыть до пенсии. Бабушка Зина предприняла попытку подняться на кровати, спину свело: «Ну, ничего… немного полежу, вдругорядь получится. Оно всегда так. Вот только как огород-то копать? Совсем невозможно стало, разве нанять Ваньку алкоголика из соседнего села». Старушка вспомнила внуков, что год назад приезжали к ней с Дальнего Востока, это придало ей силы, ведь все это время она жила надеждой увидеть их снова. Зинаида Ивановна долго и радостно рассказывала почтальонше, как они помогли ей с огородом и какие они у нее замечательные! Старушка села на кровать, ухватилась за клюшку и с трудом запихнула ноги в старые валенки: «Ну вот, теперь буду ись». Read the rest of this entry »

Read the rest of this entry »

Для мужчины нет худшего приговора в любви, чем «он меня раздражает». Приговора, который женщина, как правило, не произносит вслух, находя для него иные способы выражения.

Первый признак того, что ты её раздражаешь, — она не стремится проводить с тобой время.

Кислая мина на её лице? Это — специально для тебя, чувак. Ты для неё — скорее, обязаловка, чем долгожданное приключение.

Воодушевлена? Это она на встречу с подругами собирается. Чем-то занята? Смотрит своё бабское кино, закрывшись в спальне. Ужин в ресторане? Давай позовём друзей. Read the rest of this entry »