ТАК ПИТЬ НЕЛЬЗЯ…

Он так пил, что по вечерам, когда он шел под уличными фонарями за очередной
бутылкой, его собственная тень волочилась вслед за ним, цепляясь за все
трещинки и истошно требовала, чтобы он отдал ей деньги и отпустил домой,
потому что так дальше жить нельзя.
Зеленые черти, которые регулярно являлись его соседу, пьющему значительно
меньше, от него самого отступились и махнули рукой, — в пьяном виде он их
просто игнорировал и не замечал, как они ни старались, прыгая перед ним по
столу.
Однажды на улице, лесовоз, который вез бревна на пилораму, на полном ходу
перевернулся, и весь его груз раскатился по асфальту, превратив нескольких
прохожих в тонкие блины. Но он как раз в этот миг упустил из трясущихся рук
сотовый телефон и наклонился, чтобы подобрать его с газона. Бревно,
подпрыгнув на кочке, пролетело над ним, чуть пошевелив волосы на затылке. Он
разогнулся, с недоумением посмотрел на рухнувшую сверкающим дождем витрину
магазина и пошел дальше.
Вампиры (в которых большинство из нас не верит) обходили его стороной после
того, как один из них попытался было его укусить, взревел дурным голосом,
почувствовав на клыках алкоголь с легкой примесью крови и превратился в
дымящуюся кучу пепла. «Нас и так мало осталось!» — постановил старший
вампир, отступая в тень.
По той же причине его облетали комары.
И многого другого с ним тоже не случалось.

Самолет, в котором он должен был разбиться, полетев рейсом
Владивосток-Москва, разбился без него. Он в это время лежал в кровати,
мучаясь жутким похмельем и печально глядя на прямоугольник просроченного
билета. На следующий день его уволили с работы «за разгильдяйство», но это
оказалось к лучшему, потому что спустя час четырехэтажный офис как корова
языком слизнула, когда рядом, в промзоне, взорвались газгольдеры.
Однажды он выпал из окна, решив помыть стекла — странное желание после литра
коньяка. Спланировав с шестого этажа на деревянной оконной раме, словно
последователь Леонардо да Винчи, он приземлился аккуратно на голову
террористу, собиравшемуся выкрикнуть лозунг и подорвать себя на людном
проспекте. В результате труп оказался всего один — со сломанной шеей и очень
удивленным выражением лица.

В конце-концов, он все же умер, сделав это тоже как-то случайно.
В рай его так и не протрезвевшую душу не приняли, поскольку все, к чему бы
она там не притронулась, тут же вспыхивало синим спиртовым пламенем.
А ада он не заметил, спьяну пройдя мимо раскаленных железных ворот.
Постепенно он удалился в пустынные пространства, и его личные демоны,
некоторое время безнадежно тащившиеся за ним, отстали, тихо ругаясь.

Впереди его с отвращением ждала Вечность.

//sigurd