Шызгара

Хуйня тут одна на днях случилась. Не, вы не подумайте, все намана, хуйня была из серии «аццкий отжык». Но давайте по порядку, а то все сойдецца к банальным хрю-му на протяжение всего креатива, а потом я должен буду написать «ну вощем там был внатуре аццкий отжык, проста вы нихуйа не поняли — так это потому, что нада было там быть, а вас там не было нихуйа». Не наши это методы нах, поэтому начну с самого начала.

Есть такое слово — самодеятельность. Иногда люди занимаюцца этим в добровольно-принудительном порядке, и в этом случае смотреть хотя и стремно, но хоть жалость к этим бедолагам испытываешь. А когда какой-нить крендель возомнит, што он «Ого-го!» или, скажем, «Оу-Йеее»… Тогда это уже Самонадеятельность, и в этом случае я прописываю вам запастись чусством йумора. Иначе низя, будете выть и стенку царапать кахтяме.

Есть в Амоне один мужык лет так под 70 (ну тут вроде тут неувязочка, да? Гыгы), так он как раз знатный самодеятель. Фёдрычем зовут. Других подпрягает и сам самонадеятельничает, канешна. Вроде так поначалу у него прокатывало, сильно никто не рыгал и бутылками от шампанского в репу не кидалсо… И задумал он нахуячить на светлый праздник весны есчо один самонадеятельный номер. «Шызгару», грит, забубеню. Ну, сказал — сделал, хуле. Отвеццтвенный такой дедок, ага. Лучше б забил хуй, ей-богу. Хотя…

Народ в Амоне вообще не шибко требовательный по части музыки. Есть, канешна, люди с тонкой натурой, но таких не так штобы много. Однако есть вещи, которые пробирают до печоног всех и каждого, причем как в хорошем, так и в плохом смысле. Так што когда в назначенное время на сцену вышел самонадеятельный дедок в оптягивающей водолазке с блестками и ментовских штанах, зал уже сильно напрягсо.

-Так! — сказал Фёдрыч,-для дела мне еще понадобицца вот… ЭТО!

И он достал чоррррные очки и водрузил себе на ебальник. Песдетс. Макарена, блять. Тока в штанах с лампасами…. Грянул оркестр. Громко так, сцуко, грянул, с душой. Барабаны там, трубы нах. Дедок даж слехка прихуел сначала от того, что все так круто, но быстро оправился. Кто там нах ржот, што дедок оправился прямо фштаны! Не было такого, эт я в смысле, что вернулся в нормальное состояние духа. Как тока отыграло вступление, Фёдрыч начал петь. Некоторое время у него ушло на то, штоп настроить громкость голоса, чтоб переорать оркестр, но потом разошелся, поймал кураж и начал, собсна, исполнять. С голосом у Фёдрыча, кстати, все в порядке, поёт он почти как Комбинезон или Блев Клещенко. Но Шызгара, если хто не знает, поецца по-иностранному. А Фёдрыч по-иностранному тока «ферштеен» и «хендехох, нах» знает, тока это не то, што нада, как оказалось.

-Шызгара! — поёт на сцене дед в чорррных очках, ментовских штанах и водолазке с блесткаме. -Бебебе -Шыз-гара! Меме-финиш, пам-пам-парам, меме-фары.

Чувствуя некоторую неуверенность в словах, Фёдрыч делает упор на слово «шызгара», и пытается остальные слова петь потише, ибо англицкие слова у него ограничивались вышеупомянутыми, плюс «бубу-бубу», «нана-нанам» и «йобанарот», когда сбиваецца. Но все равно, слышно очень хорошо. Лица зрителей цветут улыбками, кто-то пустил слюни, поэтому Фёдрыч раздухаряецца еще больше и начинает сопровождать все безобразие танцами собственной постановки. Микрофон в левой руке, правая делает модные движения оператора мясорубки, причем со сжатым кулаком, что здорово добавляет реалистичности пантомиме. В зале кто-то падает на пол, еще кого-то уносят к ебеням и вкалывают успокоительное.

-Шызгара! — отрываецца Фёдрыч, -Бубу-бу-Шызгара! Пам-пам-парам, бубу-бубу, Ё-шыз-гара.

Народ прецца, энергетика живо перетекает в деда и тот начинает, полуприсев и расставив ноги довольно широко, низенько подпрыгивать, не забывая, фпрочем, крутить свою мясорубку. «Наверна, сцуко, пыль из себя вытряхивает…»- решает первый ряд и начинает хлопать — давай, мол, жги есчо! И Фёдрыч жжот, причем топочет от всего сердца и машет всеми доступными частями тела, крича «Шызгара!!!» уже просто для души, забив на остальные слова. «Бляяяяяя…Йанимагууууу….»- плачут на плече у соседей некоторые в зале, скиснув от восторга. Кое-кто заработал судорогу мышц лица, остальные тянут «Ыыыыыыыы», понимая, што праздник сцуко удался.

«Йобанарот!»- тихо орет между словами Фёдрыч, входя в экстаз и спускаясь в зал. «Гааааааа!» -поддерживают его зрители, и дед приплясывает, как отбойный молоток, который рабочий случайно выпустил из рук. Временами демонстрируя элементы цыганочки и танца Ухуяченного Шамана, Фёдрыч повергает народ в полный ахуй и заставляет некоторых задумывацца — а што за таблы он хавал?..

А потом песня кончилась. Народ свистел, хлопал и рыдал, а Фёдрыч был абсолютно счастлив. Он даже и не расчитывал на такой оглушительный успех…

Говорят, что Фёдрыч подумывает о записи своих каверов на некоторые известные песни. И у него есть огромный шанс сорвать овации… на каком-нить трэш-фестивале. Пусть тока есчо и спляшет.

©CopyFuser, идейный вдохновитель Ртутя.